Гильдии (тематическое общение) > Литературная гильдия
Наши любимые стихи
Kyo Nakagura:
Пока ты из щенка – в молодого волка, от меня никакого толка.
Ты приходишь с большим уловом, а я с каким-нибудь круглым словом,
Ты богатым, а я смотрю вслед чужим регатам,
Что за берега там, под юным месяцем под рогатым.
Я уже могу без тебя как угодно долго,
Где угодно в мире, с кем угодно новым,
Даже не ощущая все это суррогатом.
Но под утро приснится, что ты приехал, мне не сказали,
И целуешь в запястье, и вниз до локтя, легко и больно
И огромно, как обрушение бастиона.
Я, понятно, проснусь с ошпаренными глазами,
От того, что сердце колотится баскетбольно,
Будто в прорезиненное покрытие стадиона.
Вот зачем я ношу браслеты во все запястье.
И не сплю часами, и все говорю часами.
Если существует на свете счастье, то это счастье
Пахнет твоими мокрыми волосами.
Если что-то важно на свете, то только твой голос важен,
И все, что не он – тупой комариный зуд:
Кому сколько дали, кого куда повезут,
Кто на казенных харчах жиреет, а кто разут, -
Без тебя изо всех моих светоносных скважин
Прет густая усталость – черная, как мазут.
Вера Полозкова — Вместо подытога
Тринадцатый:
Ночь тяжела и жестока, рассвет тяжел и багров,
- Смотри, восходит с востока множество алых кругов.
Пилоты в священном трансе, их крылья острей ножа,
И с ними Аматерасу, Небесная Госпожа.
Но против Царицы небесной, против её полков,
Те, кто не побоится даже Ветра Богов:
Всадники на турбинах, с пушками на крыле,
Новые паладины в стали и оргстекле.
Это не полубоги, не ангелы даже на треть,
Всё, что они умеют - летать, стрелять и гореть.
Последнее, впрочем, реже: подписью их побед
Враг оставляет в небе извилистый дымный след.
Воют винты и турбины над мутной рекой Меконг,
Бьют снаряды и пули в синий небесный гонг,
Сплелись в ритуальном танце грохота и огней
Аматерасу-солнце с Властительницей Морей.
Но для Востока отныне лишен успеха поход,
Время настало богине скрыться в Небесный Грот,
Локаторы шарят в небе сотней невидимых рук,
К закату, на запад, прорвался единственный алый круг.
И это работа смертных, тех, кто горел на лету,
В вихре огненных клочьев рушился в пустоту,
Из тех, кто горел и падал, был сбит и врага сбивал,
Можно курган насыпать, чтоб выше Тибета встал.
Но если восстанут боги с громами наперевес,
Как пепел от сигареты, богов отряхнут с небес,
Пушки забьются в злобе, залают громам в ответ,
И в небе оставят боги извилистый дымный след!
Всеволод Мартыненко
Celeriomir:
Мой покойный лучший друг его очень любил....
Как кусочек стекла —
Голубое море у Линдона.
Облака добела
Отстирались летними ливнями.
Отправленье трубит
Рог старинный с фигуркой орлиною.
Легкий ветер дробит
Отражений чистые линии.
И тогда под водой
Паруса превращаются в лилии,
Что казалось бедой —
В затрудненья вполне одолимые.
Вспоминается дом
Вдалеке за речными долинами,
И своим чередом
Потечет путешествие длинное.
Но с тобой навсегда —
Голубое море у Линдона.
Рассекают года
Корабля горделивые линии.
В небе птицы парят —
Крылья чаек, как белые лилии.
Час за часом, подряд,
Эту землю все больше любили мы.
А эпоха текла
Где-то рядом, едва одолимая...
Тень всемирного зла
Пронеслась над речными долинами,
И на битву звала
Песня рога с фигуркой орлиною…
...Как кусочек стекла —
Голубое море у Линдона.
Э.Транк
Кошка:
Нет, этот стих ещё не успел стать любимым. Кошка нашла его только полчаса назад, но...
"НеСказки. Спящая Красавица"
Мой замок темен и очень пуст, здесь даже ветер не смеет дуть...
А ты прекрасен и светло-рус, ты лучик солнца в моем саду,
Ты думал, что распахнешь окно, и все, заклятие враз снято...
...но жизнь и время давным давно меня оставили за бортом.
Я пахну пылью и вечным сном под ароматами диких роз,
И что там рана веретеном - шиповник в теле моем пророс.
Ты думал, мигом меня спасешь, но я мертва уже сотню лет,
Я просто мумия, вот и все, я тело бабочки в хрустале.
Вот если б, скажем, не век, а год...
Но поздно. Ты пролетел моря,
Ко мне примчался, высок и горд. Да только зря, мой хороший, зря.
Но ты не веришь, ты ищешь брод, ты прижимаешь меня к груди,
Целуешь в мертвый холодный рот и все надеешься разбудить.
Ведь ты мечтал - я твоя судьба, ты думал, небом так суждено...
Так оставайся и засыпай.
Я буду верной твоей женой.
Здесь тишь да гладь, здесь всегда покой, здесь розы дивный сплели покров.
Прижмись покрепче ко мне щекой - шиповник нежно вплетется в кровь,
Сошьет со с мною тебя в одно. И пусть снаружи текут года.
Вне времени, в колыбели снов,
Мы будем вместе.
всегда.
всегда.
Источник: http://www.liveinternet.ru/users/ladylaya/post124171656/
Странник:
Гретхен (1994). КН.
Гретхен во сне, в котором горит хрусталь.
И солнечный луч блуждает по граням кристалла
И в комнате много цветов, уже ничего не жаль.
Что может быть проще? - есть, что начать сначала.
Гретхен во сне, в котором она не спит.
И бежит босиком по огромному мокрому лугу.
И солнце только встает, как много еще впереди.
И кто-то так нежно целует ее неподвижную руку.
Гретхен во сне, ее осторожно несут
Какие-то добрые люди холодного лунного света
В глазах вспыхнет яшма, в душе зазвучит изумруд.
А в городе полночь. А на планете лето.
Она видит сон, про город, которого нет
Там легкие эльфы ласкают ей нежную кожу
И Мерлин так добр к ней, а Мерлину тысячи лет.
Его прикосновенья нежны, словно легкий весенний дождик
Она видит сон, а за замерзшим стеклом
Бесцветные стены ослепли от серого снега
И слезы мне режут лицо разбитой души стеклом
И эхо похоже на крик.