Гильдии (тематическое общение) > Библиотека поэзии
По ту сторону зеркала
Olda:
Доброго времени суток путник.
Приятная тёплая атмосфера старой придорожной таверны встречает вошедших усталых путников. Деревянное помещение кажется абсолютно пустым, создается впечатление, что даже время обходит стороной это странное место. И лишь где-то в самом углу, за тёсным дубовым столом сидит какая-то серая фигура. Помещение наполнено лишь светом свечей, потому что бы рассмотреть её нужно подойти ближе. Оказавшись рядом ,ты видишь стол, на котором в беспорядке лежит бесчисленное количество свитков. Ты пытаешься прочитать то, что написано на одном из них, но текст прикрывает бледная женская рука с тонкими пальцами.
- Здравствуй странник. Что тебе будет угодно?- голос звенит, словно серебряный ветер. Ты поднимаешь свой взор и видишь кого-то хрупкого укутанного в серый плащ, её лица абсолютно не видно из-под капюшона, лишь грустная улыбка на бледном лице, да струи чёрных волос. Это всё что открывает серая ткань твоему взору.
-Присаживайся. Здесь много свитков. Загляни в них.... По ту сторону зеркала интересно.
Olda:
Отраженье
А отраженье в зеркале, совсем со мной не схоже.
Пустынный взгляд и мёртвое лицо,
Как будто мы другие, вовсе не похожи,
Как будто дети разных мы отцов.
По моему лицу хлестают слёзы,
Её же лик мертвецки нерушим.
В моих глазах ещё остались звёзды,
Её глаза потухли и мертвы.
Я говорю – она нема как рыба.
Моя душа боли – её уже мертва.
Моё сердце трепещет – её же сердце глыба.
Она одна, а я и вовсе не нужна.
Olda:
Как гаснут звёзды?
А кто-нибудь видел, как гаснут звёзды
И может представить всё это себе?
Последним мерцаньем подёрнутый воздух,
Последнюю вспышку на мёртвой звезде.
Как свет от звезды слабнет и исчезает.
Не сразу в мгновенье тускнеет звезда.
Она постепенно, она угасает,
Как гаснет, бледнеет и меркнет душа.
Темна, неподвижна, мертва, бездыханна
Уже до того как устала сиять.
Когда-то сияла звезда многогранно.
Теперь невозможно об этом сказать.
Угасла, не блика и свет затухает,
Как плен обретая оковы из тьмы.
И как удержать хрупкий свет, кто-то знает?
Тот свет, затухающей мёртвой звезды.
Olda:
В маскараде
Я надевала много масок:
Бумажных, глиняных, стальных.
Я окуналась в сотни красок,
Но так и не нашла своих.
В своём безумстве заплутавши,
Я окунулась в маскарад.
И сотни раз маски менявшим
Я не меняла только взгляд.
Что отражал то что осталось,
Всё то, что было лишь во мне,
Всё что под маскою скрывалось,
Что не растеряно в толпе.
Меняла маски, словно лица,
И в образе любом жила.
Я наполняла маски смыслом…
Вот так я думала тогда.
Я столько масок поменяла,
Что потеряла смене счёт.
Я в стольких красках побывала,
Что лишь прозрачность и влечёт.
Всё б ничего, но я устала.
Уж надоел мне маскарад.
Да вот утеряно начало,
И не вернуться мне назад.
В безумных образах и масках
Я потеряла и лицо.
И в мешанине разных красок,
Я позабыла кто я. Кто?
Вернуть бы истинный мне облик,
Да маскарад забрал его.
И может также где-то ходит
Тот, кто одел моё лицо.
Olda:
Грани
На отвесной скале, над обрывом, над бездной,
Я сидела в раздумье, смотря в пустоту,
Позабыв про все грани, о воле железной,
Наблюдала я молча простую игру.
Как о грани пустые, крылья лёгкие бьются
Мотыльков беззаботных, хотя не слепых.
Грани вязкие ними же и создаются,
Для себя заплутавших, хотя и живых.
Мотыльки бьются с силой о тонкие грани,
Но прорваться не могут сквозь сети свои.
Ну а грани растут и сжимают сознание
Забирая мелодию жизни у них.
Им привычны те стены, в которых закрыты.
Это их тесный мир, но знакомый такой.
Они сами творцы в этом мире событий,
Они сами воры, они сами закон.
Но прозрачные крылья, так трепетно бьются,
Создавая всё больше граничных углов.
Очень редко из них кто-то к грани пробьется.
Очень редко увидишь таких мотыльков.
Но дохнёт ветерок над холодною бездной.
И улыбка рисунком скользнёт на лице,
Потянусь я рукой над скалой той отвесной,
Защемит тихо боль на душевном рубце.
Я коснусь незаметно углов хрупких граней
И они задрожат под касанием моим.
И сквозь множество крыльев найдётся создание,
Что отвергнет законы всех граней своих.
Он прорвётся сквозь липкие нити сознания,
Для него потеряют всю твёрдость углы.
Он прорвётся на волю, к путям мироздания.
И поймёт. Как же грани бывают малы.